«РУЗАН» ПРИШЛА. РУЗАН — ЕЩЕ ПРИДЕТ!

«…Как бы мы ни теряли друг друга в безумии кругом, единственная мелодия, знакомый голос еще вернет нас в дом…». Культовая песня Артура Месчяна звучала громко и мощно, и все же ее перекрывала овация, которой, казалось, не будет конца. Зритель, можно сказать, публика — ереванская интеллигенция и люди театра долго-долго стоя аплодировали — не только едва завершившемуся театральному действу. В этой овации были и поддержка, и солидарность, и боль, и жизнь, и слезы, и любовь… И нерушимая надежда целого народа.

На сцене театра «Амазгаин» им. С. Саркисяна Степанакертский Драматический театр им. В. Папазяна, возрожденный в прошлом году усилиями общественной организации «Диалог», отыграл свою вторую премьеру — спектакль «РУЗАН — ДОЧЬ АРЦАХА», поставленный по пьесе Мурацана художественным руководителем театра Рузан Хачатрян.

У РУКОВОДИТЕЛЯ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «ДИАЛОГ», ВОЗРОДИВШЕЙ СТЕПАНАКЕРТСКИЙ ТЕАТР, Юрия Навояна было желание открывать его в Ереване именно спектаклем «Рузан», и такая идея вряд ли нуждается в дополнительных объяснениях. Тогда Рузан Хачатрян сочла, что время еще не настало — пережившие и еще переживающие трагедию утраты Родины арцахские артисты не в состоянии потянуть такой материал. И родилось «приглашение к радости» — спектакль «Арцахская сказка любви», ставший для папазяновцев, сделавших вынужденную профессиональную паузу, и тренингом, и тем йодом, что наполнил их бронхи. И время настало!

«Главное для нашего театра сегодня — формирование репертуара. После «Арцахской сказки о любви», такого легкого, жизнеутверждающего спектакля, который кстати, очень полюбил наш зритель, я подумала, что теперь мы готовы взяться за более серьезное, остро драматическое произведение, говорит Рузан Хачатрян. — . И пришла «Рузан». Откровенно говоря, я задавала себе этот вопрос — обратилась бы я к ней, если бы не сегодняшние обстоятельства? Возможно, нет, ведь с годами режиссерские предпочтения в плане драматургии меняются… Но эта пьеса показалась символичной во многих смыслах. В том числе и потому, что моя мама назвала меня именно в честь княгини Гандзасара — Рузан. А самое главное: в этой пьесе есть своя горькая ирония истории и своя большая метафора — Арцах 13 века., его цивилизационный, общественный, политический, военный, культурный контекст… Увы, во все времена нам приходилось сталкиваться с «историческими трудностями» — трудностями, которые, казалось бы, невозможно преодолеть, трудностями, в которых встает вопрос о самом существовании Родины».

Мурацан, классик армянской литературы, уроженец города Шуши, написал в XIX веке о событиях века XIII историческую драму «Рузан». XIII век, очередное нашествие, на сей раз татаро-монгольское, осажденная крепость Гандзасара, 1000 заложников, 500 армянских воинов перед лицом во многие разы превосходящих сил врага… Кто там говорит, что история повторяется дважды?

Несколько поколений театралов помнят вошедший в историю армянского театра спектакль «Рузан» в постановке народного артиста РА, выдающегося армянского режиссера Ваге Шахвердяна. Начиная с конца 90-ых, после победы в Первой Арцахской войне, он с упорством ставил «Рузан» в Степанакерте и на сцене Национального театра, в Ванадзоре и на сцене Армянского театра Тбилиси. То было действо грандиозное и эпическое, наполненное трагизмом, но наполнявшее национальной гордостью…

Изменились времена и реальность. И Рузан Хачатрян пошла иным путем. В ее постановке мало историчности, но много историзма. Хотя благодаря «Диалогу» в спектакле выстроена легкая, условная, но полноценная декорация в решении известного сценографа Антона Кешишяна, и художник по костюмам Марине Тадевосян одевала персонажей не «из подбора» по сусекам ереванских театров — все княжеские одеяния свежепошиты для спектакля. Спектакля, лишенного эпического пафоса, в котором переплетены судьба отдельных людей и судьба народа.

По ходу действа не оставляла мысль — как они, взрослые, а большей частью молодые артисты-арцахцы с этим справляются? Но они справились. С ролями и — с собой, со своей болью, со своей памятью, со своим преодолением. Рузан в исполнении лучезарной Шогер Саркисян, отдававшей жизнь ради спасения тысяч людей и Родины неколебимо просто, с искренним порывом юности. Брат Шогер, Самвел Саркисян, уже состоявшийся актер ереванский сцены и экрана, по роли — низкий предатель, по сценическому рисунку — высокий красавец, снедаемый мелкими чувствами… Пополнить пока недоукомплектованность Степанакертской труппы пришли замечательные молодые актеры — Саргис Григорян и Левон Айвазян — во главе со звездой и экранным Нжде Шантом Оганнисяном. И большой красный клубок нити судьбы, придуманный режиссером, собрал всех и вся в единый круг.

«Сегодня Арцах переживает очередную трагическую страницу истории, и на этом фоне «Рузан» — призыв к надежде и вере. Напоминание о том, что были и более тяжелые времена, но выход и решение всегда находились. Может быть, на сей раз среди нас не оказалось Рузан, а может быть, Рузан еще придет — мы не должны терять веру в спасение. И, наверное, нам стоит изменить свое восприятие идеи жертвенности. Ведь жертвенность Рузан — это ее личное решение. Наверное, каждый из нас также, как и она, должен ответить на вопрос — что значит для него Родина, в какой мере он ответственен за ее защиту, за ее существование. Я очень хочу, чтобы наш зритель нес в себе эту Родину — каждый в себе. Естественно, как любой режиссер, я работала с пьесой, «интерпретировала» ее, и для меня спектакль заканчивается одной короткой фразой — «Армяне здесь!». «Армяне здесь!» — этим все сказано», — говорит Рузан Хачатрян.

После первого показа она со сцены благодарила общественную организацию «Диалог» и Союз театральных деятелей Армении за всестороннюю поддержку, без которой не было бы ни возрождения Степанакертского театра, ни спектакля «Рузан, дочь Арцаха».

Во второй премьерный день зал в большей мере состоял из арцахцев. И снова была овация. Со слезами на глазах. Ведь на протяжении полутора часов они непрерывно слышали со сцены — «…как бы мы ни теряли друг друга в безумии кругом, единственная мелодия, знакомый голос еще вернет нас в дом…».