Рубен Сафрастян: Мустафа Кемал в Константинополе: эпизоды борьбы за власть (ноябрь 1918-май 1919 гг.)

Московская книжная серия «ДИАЛОГ» готовит к выпуску монографию известного историка, академика НАН Рубена Сафрастяна «Мустафа Кемаль. Борьба против Республики Армения (1919–1921 гг.)». В настоящее время идет перевод книги на русский язык.

Dialogorg.ru считает уместным представить вниманию читателей одну из глав этого ценного исследования, которая в виде статьи была опубликована в журнале ЕГУ «Вопросы востоковедения».


МУСТАФА КЕМАЛЬ В КОНСТАНТИНОПОЛЕ: ЭПИЗОДЫ БОРЬБЫ ЗА ВЛАСТЬ  (ноябрь 1918 – май 1919 гг.)


30 октября 1918 года генерал-майор Мустафа Кемаль-паша был назначен командующим армейской группой «Йылдырым» (Молния) Османской армии, которая отвечала за Палестину, Сирию и Ирак. До этого назначения он занимал должность командира 7-й армии, входящей в состав этой группы, что было самой высокой должностью в его карьере профессионального офицера.

Кемаль сменил известного немецкого военачальника и военного деятеля генерал-фельдмаршала Лимана фон Сандерса. Уже на следующий день он прибыл в Адану, где располагалась штаб-квартира командования армейской группы «Йылдырым», и приступил к своим обязанностям.

Новое назначение Кемаль получил благодаря перемирию, подписанному между Османской империей и странами Антанты на английском боевом корабле «Агамемнон» в порту Мудрос на острове Лемнос в тот же день, 30 октября 1918 года. Это перемирие предусматривало замену немецких офицеров и генералов, служивших в османской армии, на турок. Однако перемирие также означало, что стремление Кемаля к высоким военным должностям и званиям стало бессмысленным, и ему нужно было искать новые области для удовлетворения своего честолюбия. Вряд ли он мог представить, что перемирие откроет перед ним новый путь, который обеспечит ему место в истории как основателя Турецкой Республики на руинах Османской империи и отца турецкой нации — Ататюрка[1].

Прежде чем рассмотреть этот новый путь в жизни Кемаля и различные проявления его властолюбивой личности, необходимо кратко обратиться к его оценке Мудросского перемирия, заключенного между Османской и Британской империями.

Турецкие источники свидетельствуют, что изначально Мустафа Кемаль считал некоторые пункты Мудросского перемирия приемлемыми, так как они соответствовали сложившейся ситуации, когда даже «Болгария была сильнее» Османской империи[2]. Однако впоследствии он занял резко отрицательную позицию по отношению к Мудросскому перемирию и не упускал случая критиковать как отдельные его пункты, так и соглашение в целом. Он делал это как через официальную переписку, так и в интервью с прессой[3]. Некоторые исследователи утверждают, что уже через несколько дней после того, как узнал о перемирии, Кемаль начал призывать представителей турецкого населения Аданы готовиться к вооруженной борьбе против победивших стран[4].

Примечательно, что источником этой информации является сам Мустафа Кемаль, который сообщил об этом в 1923 году[5]. Очевидно, что таким образом он способствовал формированию своего мифического образа в общественном сознании и стремился укрепить свою позицию как единственного лидера турецкой нации.

В соответствии с требованиями Мудросского перемирия и стран-победителей Антанты командование Османской армии расформировало армейскую группу «Йылдырым». Немедленно после этого, 7 ноября, последовал указ (irade) султана Вахидэддина[6], предписывающий Мустафе Кемалю вернуться в столицу и перейти в распоряжение военного министерства[7].

Этот указ соответствовал желаниям Мустафы Кемаля, так как он таким образом получал законную возможность оказаться в столице и начать непосредственную закулисную борьбу за высокие должности.

Около месяца назад, в октябре 1918 года, он, занимая должность командира 7-й армии, уже пытался получить пост военного министра. Тогда, не имея возможности вступить в непосредственную борьбу за власть, так как не имел права покидать свою должность, он решил действовать немедленно, не дожидаясь возможности отправиться в столицу. Его решение было обусловлено тем, что правительство младотурок под руководством Талаата подало в отставку и в стране образовался вакуум власти.

Уже 14 октября 1918 года, то есть менее чем через неделю после отставки правительства младотурок он отправил в канцелярию султана секретную телеграмму через своего доверенного друга врача Расима Ферита, проживавшего в столице[8]. Уровень секретности был высоким, так как Кемаль этим посланием фактически начинал борьбу за власть, оставаясь на военной службе. В телеграмме он требовал уведомить султана о своем ожидании получения министерской должности в новом правительстве[9]. Однако его амбиции на этом не ограничивались, так как он также предложил султану назначить на ключевые посты нового правительства нескольких своих друзей, включая кандидатуру на пост садразама (главы правительства)[10]. То есть Кемаль планировал захват власти в Османской империи вместе со своими друзьями-заговорщиками.

Однако он переоценил свой авторитет. Султан не ответил на его требования, и он не получил должности в новом правительстве, в отличие от некоторых своих друзей, которые были назначены министрами. Среди них был Рауф бей, один из близких друзей Кемаля, который позже стал его верным соратником[11].

Неудача в попытке захвата власти не обескуражила Кемаля, и он не отказался от своих намерений. Он просто изменил тактику, так как понял, что даже в условиях, которые он считал хаотическими, невозможно бороться за власть на расстоянии нескольких сотен километров. Нужно было находиться в центре событий лично. По этой причине Мустафа Кемаль быстро подчинился приказу султана и немедленно отправился в столицу, чтобы продолжить борьбу за власть. Он стремился как можно быстрее воспользоваться сложившейся ситуацией, понимая, что после бегства лидеров младотурецкой партии на высшем уровне власти царит большая неопределенность, так как младотурки сосредоточили всю власть в руках небольшой группы членов Центрального комитета под руководством Талаата и Энвера. Теперь, когда они покинули страну, высшее звено реальной власти осталось пустым, так как правтельство, сменившее младотурок, полностью не контролировало рычаги власти. Мустафа Кемаль, имея значительный опыт в закулисных политических процессах и интригах в Османской империи в период правления младотурок, хорошо понимал, что в сложившейся ситуации для него открываются возможности проложить путь к высшим эшелонам власти в империи.

13 ноября 1918 года Мустафа Кемаль уже был в столице. По странному стечению обстоятельств в этот же день вооруженные силы Антанты взяли под контроль стратегические пункты Константинополя. Население положительно восприняло их присутствие, что, вероятно, объясняется тем, что большинство населения составляли христиане, а среди мусульман было много не турок[12]. Начинался последний период в истории Османской империи известный в турецкой историографии как «период перемирия» (mütareke devri).

Особенностью этого периода в Константинополе было то, что здесь сконцентрировалась основная часть элиты младотурецкой партии, управлявшей империей около десяти лет. Среди них было много преступников, ответственных за Геноцид армян, которые чувствовали угрозу ареста и наказания за свои преступления. В целом, оставшиеся в столице младотурки представляли собой хаотичную группу разгромленных, отчаявшихся и деморализованных людей[13]. Однако тайная преступная организация младотурок «Тешкилат-и Махсуса» (Особая организация) продолжала свою деятельность. Более того, лидеры младотурок, перед побегом из страны, успели создать другую тайную организацию — «Каракол», с целью подготовить свое возвращение и восстановление власти.

Прибыв в столицу, Мустафа Кемаль сначала поселился в одной из самых известных гостиниц того времени — «Пера Палас», а через несколько дней переехал в дом одного из своих друзей. Однако, опасаясь ареста союзниками, он решил сменить место жительства и арендовал трехэтажный дом в районе Шишли. Хозяйкой дома была армянка по имени Аник Касабян[14]. Второго декабря 1918 года он переехал туда, где и проживал до самого своего отъезда из столицы в мае 1919 года.

В столице Мустафа Кемаль сразу же погрузился в водоворот политических интриг, стремясь реализовать свою давнюю мечту занять высокое место в верхушке власти. Его расчет был прост: воспользоваться тем, что лидеры младотурок бежали, и в верхах власти царит хаос, чтобы захватить власть. Для достижения этой цели ему нужно было найти сторонников, которые могли бы способствовать его восхождению к вершинам власти. Ему удалось окружить себя небольшим кругом давних приятелей, в который входили Али Фетхи[15], Рауф[16] и Исмаил Джанбулат[17].

Примечательны и символичны его первые три встречи, состоявшиеся на следующий день после прибытия в столицу — 14 ноября. Если две из них, встречи с давним другом Рауфом-беем и совместный визит к бывшему садразаму Ахмету Иззету Паше, широко освещались в турецкой историографии, то третья встреча, несмотря на её значимость, была описана турецкими исследователями весьма поверхностно.

Причина в том, что третья встреча Мустафы Кемаля, инициированная по его просьбе, не соответствует его мифологизированному образу и представляет его в неблагоприятном свете, поскольку он фактически предложил свои услуги британцам. Речь идет о встрече с английским журналистом, корреспондентом газеты «Daily Mail» в Константинополе Уордом Прайсом, который был известен своими тесными связями с британской разведкой. Кемаль представил ему следующий план: британцы берут под свой мандат восточные районы Османской империи, включая Западную Армению, и назначают его правителем этих районов, учитывая его богатый опыт. Источником этой информации является сам Уорд Прайс, который описал эту беседу в своих мемуарах, опубликованных в 1957 году. В научный оборот эту информацию ввел британский историк и автор фундаментальной биографии Ататюрка Лорд Кинросс[18].

Журналист сообщил об этом предложении представителю британской военной разведки, который, однако, проигнорировал его, посчитав, что Кемаль не представляет интереса для Британии[19]. Понятно, что Кемаль нигде не упоминает об этой темной странице своей биографии. Ведь она явно свидетельствует о том, что он был готов вступить в ряды британской разведки и служить интересам Лондона, надеясь получить поддержку в борьбе за власть...

Попытка установить контакт с британцами не была случайной. Она была результатом убеждения, что британцы в основном положительно настроены к Османской империи. Эта мысль была выражена Кемалем в интервью газете «Vakit», в котором он призывал правительство как можно быстрее понять, чего хотят британцы, и действовать соответственно[20].

С точки зрения стратегии Кемаль был прав, поскольку Великобритания традиционно рассматривала Турцию как противовес России, стратегической целью которой были проливы Босфор и Дарданеллы и Средиземное море. Будучи высокопоставленным военным, он был уверен, что британцы продолжат эту стратегию даже после Первой мировой войны и Русской революции 1917 года.

Биографы Кемаля подтверждают, что он не отчаялся после этой неудачи и в первые дни пребывания в столице продолжал встречаться с британскими представителями, ища возможности предложить им свои услуги. Так, на следующий день после встречи с Прайсом он встретился с британским генералом Уильямом Бирдвудом[21]. Последний не оставил мемуаров, что означает, что тема их беседы никогда не станет известной.

Как уже упоминалось выше, англичане проигнорировали предложение Мустафы Кемаля. Однако последующие события показывают, что они не забыли об этом турецком паше, предлагавшем им свои услуги. Например, когда в январе 1919 года начались аресты и ссылка лидеров младотурецкой партии на остров Мальта, его не тронули, несмотря на то, что среди арестованных были его близкие друзья и соратники, с которыми он участвовал в активной подпольной заговорщической деятельности. Или же другой факт: назначение Мустафы Кемаля султаном на высокую военную должность в восточных провинциях империи произошло с одобрения британцев. Агент британской разведки Джон Беннетт в своих мемуарах свидетельствует, что когда он выразил сомнение в том, стоит ли выдавать Мустафе Кемалю пропуск и разрешить ему отправиться в восточные вилайеты, он получил указание от офиса верховного комиссара Великобритании немедленно предоставить ему пропуск[22].

Британцы осознали свою ошибку только тогда, когда Мустафа Кемаль укрепил свои позиции как лидер антигосударственного восстания, но было уже слишком поздно...
Как уже упоминалось, Мустафа Кемаль начал свою деятельность в столице с трех встреч, имеющих символическое значение и позволяющих понять основные направления его бурной деятельности, направленной на достижение высших властных позиций. Так, в ходе беседы с бывшим садразамом Ахметом Иззет-пашой он предложил Иззет-паше сделку: Кемаль использует свои связи среди младотурков, чтобы вернуть Иззет-пашу на пост премьера, а тот благодарность за это назначает его военным министром. Но этот план провалился. Кемалю также не удалось добиться успеха и в ряде других подобных начинаний, поскольку он не смог завоевать доверие остающихся в столице авторитетных деятелей младотурецкой партии. Они зная такие негативные черты его характера, как непомерная амбициозность, диктаторские замашки и склонность к интригам, не доверяли ему[23]. Поэтому даже после бегства за границу высших руководителей партии Талаата, Энвера и ряда других и фактического вакуума власти, ему не удалось занять руководящие позиции в правительстве или стать лидером младотурок.

Отчаявшись добиться власти путем политических интриг Кемаль вместе со своими близкими друзьями Фетхи, Рауфом и Джанбулатом создал тайную группу заговорщиков, стремящихся к захвату власти в империи путем насильственного захвата власти. Группа называла себя «Революционный комитет»[24]. Один из турецких исследователей пишет, что заговорщики считали себя «естественными кандидатами на власть»[25]. Эти планы не были реализованы, так как Джанбулат изменил свою позицию и выступил против этих планов[26].

Но насколько обоснованны были претензии Мустафы Кемаля на власть? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо рассмотреть его связи с партией «Единение и прогресс» и её тайными организациями.

Вопрос членства Мустафы Кемаля в партии «Единение и прогресс» многократно обсуждался в турецкой и зарубежной историографии. Последние исследования однозначно свидетельствуют, что он был членом этой партии и входил в её руководящую группу в первые годы правления младотурок[27]. Некоторые авторы утверждают также, что он был одним из самых доверенных членов тайной организации младотурок «Тешкилат-ы Махсуса»[28]. Это делает более достоверными свидетельства о том, что другая тайная организация младотурок «Каракол» значительно способствовала назначению Мустафы Кемаля на должность в восточных вилайетах. Есть сведения о том, что в период его пребывания в Константинополе она снабжала его секретной информацией о деятельности оккупировавших столицу вооруженных силах Антанты[29].

Приведенные факты свидетельствуют о том, что претензии Мустафы Кемаля на власть объективно были обоснованы его положением в младотурецкой партии и его сотрудничеством с тайными организациями, созданными лидерами младотурок.

Остающиеся в столице ведущие деятели младотурецкой партии «Единение и прогресс» и правительства осознавали это и опасались за свое положение. Поэтому было принято решение отправить его как можно подальше от столицы, на восток империи, где можно было бы использовать его огромную энергию и организаторские способности, не беспокоясь за свое лидирующее положение. Примерно так же поступал один из высших руководителей младотурецкой партии и военный министр Энвер-паша в годы Первой мировой войны, который предпочитал держать Мустафу Кемаля подальше от себя и даже отправил его на месяцы на «лечение» за границу в самый разгар тяжелых боев...

По всей видимости, именно по этой причине зародилась идея назначить Кемаля инспектором 9-й армии, расквартированной в восточных вилайетах Османской империи. Опубликованные документы позволяют восстановить процесс назначения Мустафы Кемаля на на эту должность. 30 апреля 1919 года военный министр Шакир-паша предложил султану назначить Кемаля инспектором 9-й армии[30].

В тот же день султан издал соответствующий указ, который был передан тому же Шакир-паше[31]. Шестого мая военный министр уведомил Кемаля о принятом решении и приказал как можно скорее приступить к выполнению своих обязанностей[32]. Шакир-паша приложил к приказу утвержденные правительством инструкции, которым Кемаль должен был следовать на новой должности[33].

Быстрота этого процесса свидетельствует о том, что руководство империи было заинтересовано в отправке Кемаля в восточные регионы. Анализ этих документов показывает, что Кемаль получил широкие полномочия, позволяющие ему контролировать не только все вооруженные подразделения 9-й армии, но и гражданские власти вилайетов Трабзона, Эрзурума, Сиваса, Вана, а также отдельных санджаков Эрзинджана и Джаника. Фактически он становился правителем восточной части Османской империи.

Опубликованные в Турции официальные документы не позволяют понять истинные мотивы происходящего. Это характерно для Османской империи. Чтобы понять истинные причины, ход и цели событий, нужно обладать дополнительной информацией, не отраженной в официальных документах. Намек на нее можно найти в воспоминаниях одного из лидеров организации «Тешкилат-ы Махсуса» Хюсаметтина Эртюрка, который пишет, что агенты этой организации помогли Кемалю получить назначение на Востоке с целью создания там крупной организации [34].

Это свидетельство объясняет также то обстоятельство, ядро кемалисткого движения составляли младотурки, в основном члены «Тешкилат-ы Махсуса». Приведем лишь следующий факт: из 60 участников состоявшегося в июле 1919 года Эрзурумского конгресса кемалистов, ставшего фактически учредительным, 34 были членами младотурецкой партии[35]. Кемаль широко опирался на членов партии «Единение и прогресс» и организации «Тешкилат-ы Махсуса» также в республиканский период. В частности, крупные посты занимали такие деятели как Кушчубаши Эшреф, Шукрю Кая и ряд других, участвовавших в геноциде армянского народа. Примечательно, что членом «Тешкилат-ы Махсуса» был также третий президент Турецкой Республики Джелал Баяр, который при Кемале занимал пост премьер-министра.

Как показало дальнейшее развитие событий, этот план лидеров младотурок был выполнен лишь частично. Организация была создана, но постепенно перешла под единоличную власть Мустафы Кемаля. Младотурецкие соратники были вынуждены подчиниться его воле и ждать его милости. В борьбе за власть он в конечном счете одержал победу.

[1] В 1934 г. Великое национальное Собрание Турции (ВНСТ) приняло специальный закон о присвоении Мустафе Кемалю фамилии Ататюрк, что означает «отец турок».

[2] Sonyel, R. Salâhi, Gizli Belgelerde Mustafa Kemal, Vahdettin ve Kurtuluş Savaşı. Ankara, 2010, s. 6.

[3] См. об этом: Kemal Cemal, Mustafa Kemal’in Mondros Mütarekesi’ne Tepkisi, - Ankara Üniversitesi Türk İnkılâp Tarihi Enstitüsü Atatürk Yolu Dergisi, S. 46, Güz 2010, s. 367 - 400.

[4] Mango Andrew, Atatürk: The Biography of the Founder of Modern Turkey. New York, 2002, p. 193.

[5] Там же.

[6] Оно было подписано также главой правительства и военным министром Ахмет Иззет-пашой.

[7] См. в тексте султанского указа: Sadrıazam ve Harbiye Nâzırı Ahmed İzzet, Mehmed Vahideddin, İrâde-i Seniyye, Fî 2 Safer sene 1337 - Fî 7 Teşrîn-i Sânî sene 1334: Harbiye Nezâreti, Muamelât-ı Zâtiye Müdüriyeti 700, DUİT, 163/20_1-3, - [Atatürk], Osmanlı Belgelerinde Millî Mücadele ve Mustafa Kemal Atatürk. Yayına Hazırlayanlar: Kemal Gurulkan, Yusuf İhsan Genç, Dr. Mustafa Küçük ve ötekiler, Baskıya Hazırlayanlar: Murat Şener, Salih Dutoğlu. Ankara, 2007, s. 304-305.

[8] См. об этом: Şahin Mustafa, Cumhuriyet’in temelinin atılması yolunda Atatürk’ün Mondros Mütarekesi sonrası Şişli günleri, - Sosyal Bilimler Dergisi, Atatürk Üniversitesi Edebiyat Fakültesi, Sayı 55, Aralık 2015, s. 216.

[9] См. в тексте телеграммы: Yeni bir Kabinenin Kurulması gereği, Başyaver Naci Bey’e, 14.10.1918, Çok Gizlidir. - [Atatürk], Gazi Mustafa Kemal Atatürk’ten Bize: Söylevleri, Konuşmaları, Söyleşileri, Anıları, Genelgeleri, Yazışmaları (1903 -1938). Cilt I (1903 - 22/4/1920). İstanbul, 1987, s.245.

[10] Yeni bir Kabinenin Kurulması gereği, Başyaver Naci Bey’e, 14.10.1918, Çok Gizlidir. - [Atatürk], Gazi Mustafa Kemal Atatürk’ten Bize: Söylevleri, Konuşmaları, Söyleşileri, Anıları, Genelgeleri, Yazışmaları (1903 -1938). Cilt I (1903 - 22/4/1920). İstanbul, 1987, s. 245.

[11] Впоследствии занимал видные посты в кемалистском движении и в Турецкой Республике. Принял фамилию Орбай.

[12] Criss Nur Bilge. İstanbul under Allied Occupation 1918-1923. Leiden: Brill, 1999, p. 7.

[13] См. об этом: Akal Emel, Mustafa Kemal, İttihat Terakki ve Bolşevizm Milli Mücadelenin Başlangıcında. 2. Basım (genişletilmiş ve gözden geçirilmiş). İstanbul, 2006, s. 141.

[14] Akal Emel, Mustafa Kemal, İttihat Terakki ve Bolşevizm Milli Mücadelenin Başlangıcında. 2. Basım (genişletilmiş ve gözden geçirilmiş). İstanbul, 2006, s. 141

[15] Али Фетхи, в республиканский период принял фамилию Окьяр. Он был активным и авторитетным членом младотурецкой партии, принадлежал к ее руководящей группировке, избирался генеральным секретарем партии. Занимал руководящие посты и в годы кемалистского движения, и в республиканский период.

[16] Упомянутый выше Рауф Орбай.

[17] Исмаил Джанбулат был членом Центрального комитета партии «Единение и прогресс» и одним из главных ответственных за геноцид армян. См. об этом, например, British Foreign Office Dossiers on Turkish War Criminals. By Vartkes Yeghiayan. La Verne: American Armenian International College, 1991, p. 54. В 1926 году он был повешен за участие в заговоре против своего бывшего друга Мустафу Кемаля.

[18] См. Lord Kinross, Ataturk: The Rebirth of a Nation, London: Weidenfeld and Nicolson, 1965, p. 141-142. Об этом писали и некоторые другие хорошо информированные западные авторы. См.: Zürcher Erik Jan, The Unionist Factor: The Role of the Commitee of Union and Progress in the Turkish National Movement 1905 – 1926. Leiden: E. J. Brill, 1984, p. 107; Mango Andrew, Atatürk: The Biography of the Founder of Modern Turkey. New York: The Overlook Press, 2002, p. 201-202.

[19] Mango Andrew, Atatürk: The Biography of the Founder of Modern Turkey. New York: The Overlook Press, 2002, p. 202.

[20] См об этом в тексте интервью: Mondros Mütarekesinin tatbik tarzi (18. XI. 1918): Vakit gazetesi muhabirine demeç, - [Atatürk], Atatürk'un Söylev ve Demeçleri. III: 1918-1937 (Açıklamalı Dizin İle). 5 Baskı. [Ankara], 2006, s. 1.

[21] Kocatürk Utkan, Doğumundan Ölümüne Kadar Kaynakçalı Atatürk Günlüğü, ikinci basım, Ankara: AKDTYK Atatürk Araştırma Merkezi, 2007, s. 119.

[22] [Benneth] Witness: The autobiography of John G. Benneth, Tucson: Omen Press, 1974, p. 14.

[23] Yalçın E. Semih, - Mütareke döneminde Mustafa Kemal Paşa'nın İstanbul'daki faaliyetleri (30 ekim 1918-16 mayıs' 1919), - Ankara Üniversitesi Dil ve Tarih-Coğrafya Fakültesi Tarih Bölümü Tarih Araştırmaları Dergisi, Cilt:17, Sayı: 28, 1995, s. 187.

[24] Yalçın E. Semih, - Mütareke döneminde Mustafa Kemal Paşa'nın İstanbul'daki faaliyetleri (30 ekim 1918-16 mayıs' 1919), - Ankara Üniversitesi Dil ve Tarih-Coğrafya Fakültesi Tarih Bölümü Tarih Araştırmaları Dergisi, Cilt:17, Sayı: 28, 1995, s. 188-189.

[25]Koç Nurgün, Milli Mücadelenin başlarindaki gelişmelerin hatiralar çerçevesinde değerlendirilmesi - Assessment of the developments at the beginning of Independence War within the framework of recollections, - The Journal of Academic Social Science Studies, Volume 6, Issue 3, March 2013, s. 1237.

[26] Ünal Serkan, Mustafa Kemal Paşa’nın mütareke İstanbul’undaki faaliyetleri. - Tarih Okulu Dergisi (TOD), Eylül 2014, Yıl 7, Sayı XIX, s. 609-610.

[27] См., например, следующую работу: Akal Emel, Mustafa Kemal, İttihat Terakki ve Bolşevizm Milli Mücadelenin Başlangıcında. 2. Basım (genişletilmiş ve gözden geçirilmiş). İstanbul, 2006, s. 57-60.

[28] Şimşek Erdal, Bahar İlhan, Türkiye’de istihbaratçılık ve MİT. İstanbul: Kum Saati, 2004, s. 173.

[29]Müezzinoğlu Ersin, Millî Mücadele döneminde İttihatçılar üzerine bir değerlendirme. - İnsan ve toplum bilimleri araştırmaları dergisi, Cilt: 5, Sayı: 8, 2016, s. 2918.

[30] См. в тексте проекта указа султана Вахиэддина, составленном военным министром Шакри-пашой и направленном им султану: [Atatürk], Atatürk ile ilgili arşiv belgeleri: 1911-1921 tarihleri arasına ait 106 belge. Ankara: T.C. Başbakanlık Osmanlı Arşivi Daire Başkanlığı, 1982, s. 21.

[31] См. в тексте султанского указа, подписанном также садразамом и военным министром: [Atatürk], Atatürk ile ilgili arşiv belgeleri: 1911-1921 tarihleri arasına ait 106 belge. Ankara: T.C. Başbakanlık Osmanlı Arşivi Daire Başkanlığı, 1982, s. 22.

[32] См. в тексте подписанных Шакир-пашой инструкций: [Atatürk], Atatürk ile ilgili arşiv belgeleri: 1911-1921 tarihleri arasına ait 106 belge. Ankara: T.C. Başbakanlık Osmanlı Arşivi Daire Başkanlığı, 1982, s. 22.

[33] См. в тексте этого документа: [Atatürk], Atatürk ile ilgili arşiv belgeleri: 1911-1921 tarihleri arasına ait 106 belge. Ankara: T.C. Başbakanlık Osmanlı Arşivi Daire Başkanlığı, 1982, s. 23-24.

[34] См. [Erturk Hüsamettin], Samih Nafiz Tansu, İki Devrin Perde Arkası. Anlatan: Hüsamettin Ertürk, İstanbul: Çınar. 1969, s. 217.

[35] Расчет произведен нами на основе данных о партийной принадлежности участников конгреса, приводимых турецким исследователем М. Д. Кылычкая. Примечательно, что он Мустафу Кемаля причисляет к младотуркам. См.: Kılıçkaya M. Derviş, Milli Mücadele’de Kongreler ve İttihatçılık Sorunu, - http://www.ait.hacettepe.edu.tr/akademik/arsiv/kongr.htm

Журнал «Вопросы востоковедения», 26(2), ЕГУ, Ереван, 2024, с. 86-101.